ВАСЯ

      Так мы ласково между собой называли в нашей большой, деревенской семье четвертого братика: светловолосого, кудрявого, худощавого. Отличался он от нас темноволосых своим видом и поведением. И мы его все любили, жалели. И у мамы нашей был он любимчиком. Во всяком случае, мы с братом старшим так считали. Когда Вася народился, сестре Анне было 7 лет. Мише 6 лет, мне 3 года. А еще сестренка Маша народится после него через два года в 1940-м. В августе 1941-го уйдет на войну наш отец, Яков Петрович, а в феврале 1942-го в Старой Руссе погибнет. Мы безотцовщина, дети войны. И пришлось нашей семье тоже хлебнуть горя и бед сполна за тяжелые годы войны. Но пришла долгожданная Победа. Васе сравнялось 7 лет, мне 10. Мы многое стали понимать, научились не только пугаться, плакать и горевать, но и радоваться. И мы радовались Победе и возвращению солдат, которым посчастливилось дальше с нами мирно жить и трудиться.

      С того времени прошло много лет. Теперь нашему любимчику мы празднуем юбилей. Величаем его Василием Яковлевичем. И он в нашей семье, во много раз выросшей, все так же всеми уважаемый, всеми любимый и почитаемый. Этого он заслужил. Так как и он нас всех уважает и почитает. И надо отметить, что юбиляр многого достиг в этой не легкой жизни. Много сделал Василий Яковлевич полезного для своих близких, для общества и для всей нашей России. Поэтому и было нам всем присутствовать на его юбилее не только приятно, но и во многом полезно. Особенно всем его молодым родственникам. Он много им в этот вечер сказал и посоветовал полезного.

      А при нынешнем прогрессе все нами сказанное не влетает в одно ухо, в другое вылетает. Теперь все остается и записывается на видеопамять. И эта наша встреча в уютном кафе города Самары будет всем хорошей памятью, а молодым и хорошим уроком.

ДЕТСТВО

      Трудным было его детство, нелегкими были и его последующие годы. Но он умел свои препятствия преодолевать и достигать желаемых целей в своей жизни. И я, как его старший брат, во многом ему не злобно, а по-доброму завидовал.

      В детстве мы еще не имели понятий о судьбе человека. Не знали мы, например, о тяжелой судьбе нашей бабушки Маши. В революционные годы ее брат, продотрядовец Павлов Михаил Михайлович погибнет геройски где-то под Казанью. А в голодном 1921 году ее муж Меженин Петр Павлович уедет в Ташкент на заработки. Там будет работать бухгалтером, на грамотной женщине женится, забудет о семье, пить станет и умрет под забором.

      Бедно мы жили: одежда, обувь плаченая, переплаченная, питание кое-какое, удобств в нашем саманном доме, под соломенной крышей никаких. Тепло получали зимой от печки с голландкой. А стояла изба наша тремя окнами на улицу, двумя во двор. Дверь выходная низенькая, с высоким порогом вела в сени. Там погреб, который тогда служил холодильником. В нем летом мы хранили в глиняной корчаге молоко, которым нас кормила Рябка. Корова жила в плетневом сарае.

      А за сараем, ниже к речке был наш огород. На нем мы все лето трудились, выращивали картошку, капусту, другие овощи и растения. Чем тоже и питались.

      О лакомствах магазинных, об игрушках купленных дети нашего времени не мечтали, да мы о них и не знали. У наших родителей в те времена не было денег. Они в колхозе работали за трудодни. А на трудодни в магазине ничего не купишь.

      Нашими главными игрушками в детстве были самодельные лыжи, санки, городки, чижик, лянга. Нам наш дедушка Варфоломей это все мастерил. И хотя нам он был не родной, зато щедрый, добрый, заботливый. И, при нем обрела свое счастье наша бабушка Груша, которой до него пришлось пережить многое, в том числе и предательство мужа в голодные 1921-1922 годы.

      Уезжали они тогда с мужем и тремя детьми в Омск, чтобы спастись от голода. Там они своих девочек любимых подбрасывают в приют, а сами ищут заработки в деревнях. Бабушка ткала на станках полотна в одних деревнях, а ее муж Иванов Иван Дементьевич плотничал в других. Там нашел он себе вдовую сибирячку, а о семье и позабыл. Проходят два голодных года. Бабушка Груша на заработанной лошади возвращается в приют за дочерьми, забирает Доню (наша мама) и Таню. А младшей дочери Даши не находит. Не оказалось ее в интернате ни в живых, ни в мертвых.

ЛЮБОВЬ К ПРИРОДЕ

      Тогда окружала нас природа благодатная: полноводная речка, пруды и озера, богатые луга со съедобными травами, с ягодниками. В нашей речке раки тогда водились и рыба разная: щуки, караси, окуня, сорожка, гольцы, пескари. В Ветлянке мы купались, рыбачили, загорали и отдыхали на берегу.

      Многие места из нашего детства остались для нас с Васей незабываемыми.

      Таким местом, исстари уютным и красивым был рукотворный «Борисов пруд». За которым стояли колхозные конюшни, где содержались лошади. Их мы в этом пруду поили и купали с разрешения Бориса Кортунова, сторожа бригадного двора.

      Накупаем мы лошадок, сами в пруду накупаемся, и скачем на них верхом до конюшен. А садились мы на них без седел, бывало, и без поводьев. Мчим, в гриву вцепившись. Тут было и до беды не далеко.

      И такая неудача постигла Васю. На резвую Серуху помогли мы ему взобраться. Он вцепился ей в гриву, галопом по плотине пруда она его и помчала. Плотина длинная, высокая, а его Серуха чего-то испугалась. Вася в куровник и улетел. Падал свысока, нашли его лежащего в кустах без памяти. Вытащили мы его на плотину, там он и открыл глаза. Смотрит на нас с удивлением, не поймет, чего с ним такое случилось.

УЧЕБА В ШКОЛЕ

      В старых зданиях располагалась тогда зуевская школа — семилетка: деревянные классы, полы в коридорах скрипучие. Классы просторные, светлые, с потолками высокими, с окнами большими. Поэтому зимой и было в классах жутко холодно.

      Стояли эти старые здания в красивой низине, где был когда-то поповский сад, заросший, заброшенный, доживший до наших дней. И школа так и называлась «Нижняя». Места те исторические. Было красивое озеро Тепловка рядом. Ее зуевцы соорудили в голодном 1911 году по специальному земскому проекту.

      Цел был тогда и поповский дом, стояло еще и здание сельской управы, Полянихин домик, где проживал репрессированный чапаевец - Полянских Павел Петрович. Рядом с Тепловкой, так же в 1911 году была пущена в работу новая церковь.

      Первыми учителями до четвертых классов у Василия и у других учеников были :Щекаева Клавдия Семеновна, Тренькина Клавдия Михайловна, Петрухнова Анна Ивановна, Воробьева Мария Васильевна, Горлова Мария Сергеевна. Учитель по военному делу и спорту участник ВОВ Курбатов Александр Михайлович, завуч, фронтовик Сидоров Федор Дмитриевич, директор школы, инвалид войны Зуев Владимир Васильевич.

В ЛЕТНИЕ КАНИКУЛЫ

      Нам не хватало окрестностей Зуевки. Мы стремились изучить другую природу, уходя в степь, где гнездились дрофы, звонкие чибисы.

      А способствовали этому Леша Натаров (сосед) и Миша (наш брат). Они после четвертого класса стали пастухами индивидуальных коров. К ним мы ходили в обеденный перерыв к их стойлу, где был большой пруд. Мы в нем в жару летнюю купались и рыбачили. Уходили мы и к круглому озеру, которое образовалось Ветлянским водопадом. Это было удивительное место с красным берегом, где гнездились стрижи, скворцы, синицы, трясогузки.

      Излюбленным местом для нас были и ветловые заросли на «Седьмом отделении». Там гнездились сороки, грачи и вороны. Их гнезда с яйцами нас привлекали. Гнезда мы не разоряли, а яйца из них отбирали частично.

      Так мы проводили летние каникулы.

      Идем однажды своей ватагой, а из Соляного лога нам навстречу два волка выбегают. Мы их испугались, А они нас. Остановились мы, и они остановились. Постояли волки, посмотрели на нас, по сторонам, к речке побежали. Мы облегченно вздохнули, пошли дальше. Переплыли волки Ветлянку и в гору удалились. После войны это было. Волков в наших степях было множество. Старшие товарищи нам говорили, это они в наши края от войны убежали. В тишине они тут и размножились. А потом с аэропланов их летчики долго отстреливали. И волки исчезли совсем.

ДАЛЬНЕЙШАЯ ЛИНИЯ ЖИЗНИ

      После окончания семилетки Василию показалось недостаточным такого образования, и он делает попытки продолжить учебу в восьмом классе Богдановской средней школы. Попытка первая не удалась.

      - Я, просто говоря, сбежал с квартиры от бабушки, проучившись всего дней десять. Заскучал по родному дому, скорее всего, - вспоминает он. - Я там свою шапку в охапку забираю и заявляюсь обратно в Зуевку. Зиму своим подворьем занимался, за скотиной ухаживал. А весной мама моя с мамой Сашки Бортникова решили нас с Сашкой устроить в подпаски к Никифору Некрасову. Переговорили с ним, получили ответ: «А чего парней мне таких не принять? Они послушные. Пускай завтра на ферму и приходят».

      И мы лету под его присмотром колхозный молодняк КРС пасли. А он мужик с головой. И наставником нам оказался настоящим. Воспитывал, приучал к труду.

      Но судьба к Василию оказалась после этого еще более благосклонной. В сентябре в соседнем селе Кулешовка по инициативе энтузиаста, теперь всем известного Сергея Ивановича Орлова, открывается восьмой класс. А это совсем рядом, между ближайшими улицами соседних сел расстояние три километра. И Василий со своими товарищами поступает в восьмой класс. На велосипедах ездили в Кулешовку и обратно, если погода хорошая.

      - А однажды и в плохую погоду я один, да еще пешком домой отправился, - вспоминает Василий. - Вышел за околицу, когда уже стемнело. Смотрю вперед, а там четыре огонька светят. Я опешил, остановился. Тут меня и осенило. Волки!? И я даю деру назад. У одноклассников заночевал. Им о случае рассказал. После этого мы уже в Кулешовке на квартирах жили.

      Сначала с Михаилом Седых у его родственницы квартировали. Хорошо устроились, продукты наши, а она нам еду готовила. А зимой к ней из Кинеля приехала дочь, которая по природе была не совсем полноценной. И она с собой совершает суицид. Это нас так напугало! Что, мы тут же съезжаем с их квартиры к Сафроновым. Внук этой добрейшей бабушки, хозяйки - Александр Сергеевич позднее женится на зуячке Вале Некрасовой, нашей соседки. Ее он встретит в Кинель - Черкасском техникуме.

      Таким макаром несколько наших парней и девушек получили первыми аттестаты о среднем образовании в Кулешовке.

      - За что мы очень благодарны тем учителям, которые нас учили, - говорит мне спустя годы Василий Яковлевич. - И в первую очередь Сергею Ивановичу Орлову мы выражаем наше огромное спасибо, который преподавал нам грамматику и литературу. И он даже стихи сочинял. И преподавали нам предметы по истории и географии жена директора МТС Рязанова Нина Сергеевна (в имени могу ошибиться) и Долгих Наталья Александровна. Помню я и нашу замечательную учительницу Веру Ивановну Овчарову, которая через пятьдесят лет единственная присутствовала на юбилейной встрече нашего десятого класса.

      Время до службы в Советской армии оставалось, и парни использовали его на продолжение учебы.

      - Шестеро выпускников из нашего А класса тогда поступили в Безенчукский техникум, - вспоминает Василий Яковлевич. - Там было общежитие и специальности перспективные: агрономия и бухгалтерия. В то время там уже Иван Сергеевич Дорохин учился на бухгалтера. Это ему его отец порекомендовал. Сам то он был специалистом по технике, с работы грязным всегда приходил. И сыну этого не желал. И мы последовали примеру нашего земляка.

ПРИОБРЕТЕНИЕ ПРОФЕССИИ

      - В Безенчуке и теперь сельские ребята учатся, у которых условия для учебы наверно еще сложнее, чем были у нас. Теперь учеба платная и жизнь вся платная. Поэтому, казалось бы, самое доступное учебное заведение, а безденежный селянин теперь и туда не поступит. А если поступит, то ему там без финансовой помощи родных и близких не дадут исчерпывающих знаний и не выдадут диплома.

      А мы там с трудом, но около четырех лет все же прожили, проучились и специальность бухгалтера получили. И этому способствовали, в первую очередь, времена Н. С. Хрущева, когда хлеб в столовых на столах лежал бесплатным, а стакан чая сладкого стоил одну копейку. Этим мы и пользовались частенько, чтобы не умереть с голоду. А картошку, еще какие-то продукты и каравай печного хлеба мы в техникум или с собой привозили из дома, или нам все это родные доставляли.

      А уж если нам требовались порой рубли для каких-то роскошей (в кино сходить, на каток, на спектакль...), их мы своим трудом зарабатывали. На вокзале вагоны разгружали, где-то дежурили, подрабатывали. Этим и жили, на это учились.

      По окончании техникума получаю направление на работу бухгалтером в колхоз имени Ленина, село Покровка, Утевского района. Год рядовым бухгалтером поработал, показал себя прилежным к профессии, районное начальство назначает меня главным бухгалтером в колхоз села Филипповка. Редкий случай, я же совсем мальчишка еще, а с председателем колхоза Виктором Васильевичем Балабановым ладил. Мужик он непростой, любитель выпить, но как человек - хороший.

      Два года в этой должности я находился, которые и станут для меня потом хорошей школой на долгие годы. Казалось бы, маленькое село, вдали от райцентра, от больших дорог, зато какая там жизнь молодежно-комсомольская бурлила. Учителя в ней были заводилами, организаторами всех культурно массовых мероприятий местной молодежи. И я был участником в них, особенно в художественной самодеятельности. В пьесах каких-то я роли исполнял. А девушки в селе были какие хорошие!! С некоторыми я дружбу, а с некоторыми и любовь заводил.

      Потом пришло мое время призыва в армию. Три года служил в химических войсках Грузии. Места там прекрасные и сослуживцы попались мне интересные, полезные. Поэтому, забегая вперед, скажу, в профессии гражданской мне те места и те люди потом пригождались. Связями от службы я пользовался, попадая в Цхенвали уже при не существующем СССР.

ДАЛЬНЕЙШАЯ УЧЕБА

      На последних месяцах службы в армии отправляю вступительные документы в Куйбышевский плановый институт. Факультет «Материально-технического снабжения». При поступлении встречаюсь с Виктором Гуляевым, с моим сослуживцем. Он парень простой, общительный, тоже деревенский. У него бабушка в Куйбышеве жила недалеко от института. А работала она нянечкой у Ерошевского (глазного хирурга, известного профессионала, ученого), который жил этажом выше. У нас для проживания имеется теперь два места. Хотим в ее подвальном помещении живем, где чисто, тихо, хотим - в общежитии. Место общественное, шумное.

      Разумно пользовались мы с Виктором этими условиями. Питались у бабушки, отдыхали, уроки готовили, праздники проводили. В общежитии тоже отдыхали, но и хорошо развлекались. Старший группы был у нас активным заводилой, любитель разных походов. Благодаря нему мы часто отдыхали на жигулевском водохранилище. Жили в палатках, в «море жигулевском» купались, загорали на песочке, рыбачили.

      А возраст-то наш молодой, естественно, не обходилось и у меня в институте без увлечений девушками, без любви. Со Светланой из Уфы у нас около года продолжались любовные отношения. Девушка она своей внешностью и характером была неплохая: спокойная, приветливая, общительная. И я намечаю взять ее себе в жены для жизни. Договариваюсь с ней об устройстве свадьбы прямо в институте на последнем курсе нашей учебы.

      Из родственников Василия на свадьбу смогли поехать только мы с женой Раисой. А отправиться туда рискнули на нашем легком мотоцикле «Восход». Я за рулем, моя Раиса Васильевна сзади. А с городом Куйбышевым мы плохо знакомы, поэтому и ехали по его улицам неуверенно, медленно. Мотор перегрелся, и моя жена ногу себе о трубу выхлопную сожгла. Этим ей и запомнится их свадьба на всю жизнь.

ПРАКТИЧЕСКАЯ РАБОТА

      - И хотя направление на работу от института у меня было в Омск, со Светланой мы поехали в Уфу к ее родителям. А там обстоятельства нашей дальнейшей жизни кардинально меняются. Ее отчим в это время занимал высокую руководящую должность при управлении Башнефть. Естественно, стал он видимо хлопотать и о нашем вхождении в их коллектив. Удается это моему тестю, Владимиру Владимировичу. Светлана, его дочь получает себе должность рядового экономиста, а я рядового инженера экономического отдела, с маленьким окладом в девяносто пять рублей. Нас записали в очередь на квартиру, а поначалу мы жили у родителей Светланы.

      Примерно год я эту должность исполнял. Потом мне предлагают возглавить этот отдел. Справляюсь я и с этой должностью. Выговоров, замечаний и нареканий по работе я не получаю. А это в советское время означало, что мне можно доверять и более серьезную работу. И я ее получаю, становлюсь начальником отдела снабжения и сбыта труб и металлов в управлении Башнефть, где численность рабочих в разное время доходила до ста тысяч.

      Такая вот складывалась у меня карьера и должностная лесенка.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СУДЬБЫ

      Везло Василию Яковлевичу с должностями и с ростом по службе в такой престижной отрасли, как нефтяная, и в таком авторитетном управлении, как Башнефть. Да и Уфа (столица Башкирии) - прекрасный город, в котором он проживает, и в котором он уже вскоре получает, хотя и однокомнатную, но собственную квартиру, и в престижном районе.

      И, казалось бы, радуйся муж с женой такому везению по жизни. А радуются ли этим Василий со своей Светланой, удовлетворены ли они своей жизнью, счастливы ли? В письмах и в разговорах по телефону ни мне, ни сестре нашей Анне брат не рассказывал. И тогда мы с женой Раисой Васильевной решаемся к ним в гости съездить, навестить их семейный очаг. Решили мы узнать об их совместной жизни, которая только что сформировалась, еще не окрепла и пока бездетна.

      Ехали мы от города Куйбышева до Уфы поездом, в купейном вагоне всего одну ночь. Утром Василий Яковлевич на вокзале нас со своим шофером повстречал. Повез на свою квартиру, объясняя как найти ее в Уфе. А находить ее просто, она располагалась против главного универмага их города.

      Заявились мы к ним в выходные дни. С дороги завтраком Светлана нас угостила. Отдохнули мы с дороги, а к обеду повезли они нас с родителями Светланы знакомить.

      Запомнилась радушная встреча, гостеприимство, угощения вкусные. Выпивка запомнилась - перцовая настойка. Крепкая зараза! Спьянила она нас и, естественно, на разговоры потянула. Владимир Владимирович, тесть Василия Яковлевича простым человеком оказался, общительным, разговорчивым. Расхваливал он все нам их зятя, а нашего родственника. А его жена Анастасия Сергеевна, естественно, расхваливала нам свою дочку Светлану.

      Поинтересовались мы у них жизнью и бытом молодой семьи. На что Владимир Владимирович тактично и по-философски отвечал «Всякое получается у них, как и у всех. Но все наладится и все образуется». А мать Светланы стала выражать какую-то неуверенность по их совместной жизни, какие-то сомнения.

      До вечера мы у них гостевали. Собираемся уезжать с Василием и Светланой к ним на квартиру. А Анастасия Сергеевна настаивает на ночлеге у них. Мы соглашаемся, проявляя тактичность и уважение.

      И утром, без Владимира Владимировича, за завтраком маму нашей снохи прорвало. Она дочь опять всячески хвалит, а зятя, брата моего, во всех грехах обвиняет. О Василии Яковлевиче она негативного нам столько наговорила, вылила на него столько грязи! А мы, с нашими аргументами в его пользу, были просто бессильны.

      Она говорила прямо о том, что с плохим Василием Яковлевичем ее хорошей дочери жить невозможно. «Они разойдутся, долго вместе не проживут, не протянут», - заверяла она нас.

      Она забыла, наверняка, кем являемся мы, ее слушатели, Василию Яковлевичу. А если бы вспомнила, то хоть малость бы прислушалась к нашим мнениям о нем. Мы же тоже его хорошо знаем. Знаем, какой он, какой у него характер, какие у него положительные и отрицательные качества. Знаем, на какие поступки он способен, на какие не способен. Она нас не слышала, к мнениям нашим не прислушивалась.

      А как могло быть иначе-то? Мы не могли осуждать ее как мать единственной и неповторимой дочери Светланы, которую она считает во всем мире лучшей и во всем безусловно правой. Не она одна такая мать на этом свете. Поэтому, у нее, как у мамы Светланы, и сложилось такое видение на молодую семью, такое их мрачное будущее.

      А что способствовало выработки таких ее мнений? Мы тогда только предполагали. Ошибкой было их первоначальное совместное проживание. Не зря мудрые люди молодых людей предупреждают «Не впускайте в вашу семью лиц посторонних, даже близких». А я бы, в моем предупреждении им, последние слова «даже близких...», заменил словами «особенно близких...».

ПРОРОЧЕСТВО ТЕЩИ СБЫЛОСЬ

      А они потом еще вместе какое-то время жили, вопреки ее мрачным предсказаниям, сохраняя каким-то образом свою семью. И у них в конце шестидесятых годов появилась на свет прекрасная дочурка Ирина. Для них это было безусловно большой радостью. А как же, в их шаткой семье теперь есть прелестное и удивительное создание, скрепляющее их союз.

      До двух с половиной лет они ее растили и воспитывали.

      Потом дошел слух «Василий разошелся со своей Светланой».

      А я в это время в санатории «Янган-Тау» в Башкирии спину лечил. А наш зять Александр Иванович Юнгов убирал на комбайне хлеба за Уралом. Вот на обратном пути в их краях встретились. Едем к Василию в его холостяцкую квартиру. Там тишина, беспорядок, хаос и полный вакуум. Встречал и угощал он нас сам. Втроем мы в его квартире какое-то время пребывали. Три мужика, сами себе хозяева, конечно же, мы хорошо выпивали.

      Сашка случай о себе смешной рассказывал. Как он до Уфы с уборки в купейном вагоне ехал, не спал, ватника, такого же, как и он сам, боялся, так как неплохой заработок зять наш домой вез. Перед самой Уфой разговорились, выяснилось, что они оба едут из краев целинных, с деньгами большими. Поэтому оба не спали, боялись друг друга.

      Гостюем мы у разведенного Василия. И для развлечения нашей компании приглашает он красивую цыганку. Боевущая она, развеселая, и с нами на равных выпивает, и песни цыганские распевает. А зять наш Александр ей подпевал. Он был большим любителем народных песен, она и пришлась ему по душе. И он нашему Василию стал рекомендовать эту девицу брать себе в жены.

      Но Василий, как потом окажется, в советах не нуждался. И в одиночестве он проживет совсем недолго. Ему его судьба снова приветливо улыбнулась. Она опять к нему оказалась благосклонной.

      Но это уже его очередная история.

ДРУГАЯ ЖИЗНЬ

      У Василия Яковлевича и у Светланы Ахтямовны она начнется с горной, прогулочной лыжни. С крутой горки на красивой опушке, между илистых сосен и елей скользил на лыжах Василий. А впереди, метров в десяти скользила зимняя снегурочка: в белой шубке, в шапочке вязаной, в варежках вязаных из белой шерсти.

      Не одни они были там, на той лыжне. Много людей в тот день там отдыхало. Возрастов они были разных, внешностей и характеров разных. Но, наверно, для Василия та девушка, скользящая впереди, и была его судьбой, которая вдруг чего-то испугалась, сбилась с лыжни и упала. А Василий Яковлевич, как истинный джентльмен подъехал к ней и стал ее поднимать и заботливо отряхивать.

      Так они и познакомились.

      В 1973 году у нашей мамы был юбилей. Василий Яковлевич в Зуевку приезжал его отмечать и свою маму поздравлять, - вспоминает Раиса Васильевна. - А тогда домашних телефонов не было. И мы с ним ходили в бригадную контору на телефон. Он там и поговорил со своей новой женой Светланой. Оттуда домой возвращаемся, он мне с радостью признается « А моя Светлана Ахтямовна находится в положении».

      Было к тому времени двое ребят и в нашей семье: Валера, десяти лет и Люда, восьми лет.

ЗНАКОМСТВО С НОВОЙ СВЕТЛАНОЙ

      К очередному новому году мы принимаем решение ехать в Уфу. 30 декабря 1973 года приезжаем на железнодорожный вокзал в Куйбышев, а там билеты в их сторону все распроданы. Что делать? Домой возвращаться не хотелось. Подсказали пассажиры «Поезжайте на перекладных». И мы втроем: Я, Раиса Васильевна и маленькая Люда на это решаемся.

      Справляли новый год весело. Водили они нас на новогодние дни по улицам красочной Уфы. И хотя у Светланы был уже на выходе их долгожданный ребенок, она с Людой резво каталась с горок, шутила, веселилась, смеялась. Молодыми и веселыми мы были тогда все. Нам все было ни-по-чём. Но Василий Яковлевич всё же тревожился. И вроде бы в шутку, но своей Светлане на тех горках не раз напоминал «Света, а ты с горок-то скатывайся осторожнее. А то ребенка-то нашего как бы не потеряла».

      Не потеряла она ребенка, слава богу. Он у них 18 января благополучно народится. «И слава Богу!» - говорила вся наша родня по благополучному случаю появления у них на свет красивенькой малышки Наташи. Так как все мы понимали, что с появлением детей в семье обретается у родителей новое счастье. И союз семейный и любовь у них укрепляются.

      Теперь та их Наташа давно сама дважды мама. Она необыкновенной души и характера женщина. Она человек, она ангел. Природа ее этими качествами наградила, а родители ей гены такие передали, такой воспитали.

      Теперь она свою любовь и свои лучшие качества вкладывает в своих детей Данилку и Кирилла. И здесь активными участниками и надежными помощники выступают ее родители: дедушка Вася и бабушка Света. Они заботу большую о своих внуках проявляют, во всем им помогают.

      Есть в их новом роду и третья семья, младшая. Ее создали их младшая дочка Даша и ее любимый муж Тимур (Василию Яковлевичу на дочерей везло). И Даша, как внешне, так и внутренне, женщина просто прелесть. И я бы и ей в моем рассказе дал оценку высшую, учитывая мои вкусы и понимания женского пола. Она совсем еще молода, красива, счастлива. У нее все есть для счастливой жизни: надежный, разумный, заботливый и крепко любящий муж, есть красивая и разумная дочка Даяна, которую мне тоже грех не назвать, выражаясь словами Георгия Петровича Меженина, моего дяди, произведением уникальным....

      История и жизнь этих семей продолжается.

И. Меженин, село Зуевка